ЦИКАДЫ


ЦИКАДЫ
(Cicadinea)


Цикады (Cicadinea)

Певчие цикады – крупные насекомые из семейства Cicadinea отряда равнокрылых (Homoptera), часто встречаются в тропических областях. Взрослые цикады питаются соками деревьев и кустарников, а личинки располагаются под землей на корнях, где они могут жить долгие годы до завершения своего жизненного цикла.
Первые цикады появляются ко времени летнего солнцестояния. На прогретых солнцем сухих склонах, на сильно утоптанных, горячих от жарких солнечных лучей тропинках, по окраинам дорог и в других местах то тут, то там видишь круглые отверстия в почве. Их нет только на вспаханных местах.
В конце июня я принимаюсь за осмотр этих недавно покинутых колодцев. Норка цилиндрическая, слегка извилистая, около сорока сантиметров в глубину. У нее круглое отверстие, примерно два сантиметра в поперечнике. Возле норки нет кучек выброшенной наружу земли: цикада роет изнутри наружу, а не снаружи внутрь. Впрочем, она и не смогла бы выбрасывать наружу нарытую землю: выходное отверстие норки открывается лишь в последнюю минуту. Нет вырытой земли и в самой норке. Внизу норка заканчивается небольшим расширением – ячейкой. Стенки этой ячейки гладкие. Не видно никаких следов сообщения ячейки с каким-либо продолжением норки-колодца.
Куда же девалась земля из норки? Ведь объем ее составляет около ста девяноста – двухсот сорока кубических сантиметров. Норка вырыта в очень сухой почве, и ее стенки должны быть сыпучими, непрочными. Я был немало удивлен, когда увидел, что стенки норки покрыты какой-то обмазкой, как бы оштукатурены глиной. Поэтому норка не осыпается. Нимфа цикады – полуличинка, полукуколка – может ползать по норке и цепляться лапками за ее стенки: они не осыпаются. Если я застаю нимфу вылезающей из норки, чтобы добраться до ближайшей ветки и там превратиться в цикаду, то она прячется в норку: быстро спускается на ее дно.
Норка цикады – не простой выходной канал, а постоянное жилище. Поэтому и оштукатурены ее стенки: такая отделка излишняя во временном ходе наружу. Своего рода метеорологическая станция – вот что такое эта норка. Для превращения нимфы в цикаду нужно солнце. Сидя глубоко под землей, не узнаешь, какова погода: температура и влажность почвы на такой глубине мало изменяются в течение года. Недели, может быть, месяцы, роет нимфа свой колодец, очищает и укрепляет его. Она оставляет тонкий слой земли наверху для защиты от холода, а на дне устраивает убежище, отделанное тщательнее, чем сам колодец. Здесь она находится, если погода не позволяет выбраться наружу. Но если погода хорошая, то потолок проламывается несколькими ударами ножек. И вот нимфа наверху, под горячими лучами солнца.
Но все же, куда исчезла нарытая земля? Что сталось с теми двумя сотнями кубических сантиметров земли, которые были нарыты при устройстве норки? И где добыла нимфа в такой сухой земле кашицу – штукатурку для стен колодца? Надо думать, что цикада роет норку как-то по-особенному. Попытаемся раскрыть эту тайну.
Вылезающая из норки нимфа почти всегда выпачкана, облеплена полувысохшей грязью. И передние ноги – орудие землекопа, и спинка – все вымазано в глине. Удивительно! Ведь нимфа выходит из совершенно сухой земли. Она могла быть покрыта пылью, но откуда же взялась грязь?
Счастливый случай: я застаю нимфу, работающей над колодцем. Работа только что началась: изготовлены ячейка и несколько сантиметров колодца. Эта нимфа не похожа на ту, которая ползет под лучами солнца, чтобы превратиться в цикаду. Она гораздо бледнее, а ее огромные глаза белесоваты, тусклы и, как кажется, еще не способны видеть. Впрочем, под землей ей и не нужно зрение. Вот у нимфы, выбравшейся на поверхность, глаза черноватые, блестящие. Ей зрение необходимо, чтобы добраться до веточки, вползти на нее.
Этим различия не исчерпываются. Бледная, незрячая нимфа заметно крупнее вполне созревшей и уже потемневшей. Она вздута и наполнена жидкостью, словно больна водянкой. Если ее схватить и слегка сжать пальцами, то из нее начинает вытекать жидкость. Вот и разгадка тайны. Продвигаясь вперед и копая землю, нимфа поливает ее и превращает в грязь. Придавливая брюшком это земляное тесто к стенкам колодца, нимфа залепляет им все трещины в почве. Так сразу и удаляется нарытая земля и штукатурятся стенки норки.
Нимфа работает среди грязи. Поэтому-то она и выпачкана в ней, хотя и выходит из сухой земли. Даже у взрослой цикады сохраняется способность выделять жидкость. Если к ней подойти близко, то она брызгает струйкой жидкости и улетает.
Как бы ни был велик запас жидкости у нимфы, его не хватит, чтобы превратить в грязь и штукатурку всю землю, нарытую в колодце. Этот запас должен возобновляться. Где и как? Кажется, я это знаю. Раскапывая норки цикад, я всякий раз находил в ячейке – в стенке ее – свежий корень. Иногда он был с карандаш толщиной, иногда – лишь с соломинку. Была видна очень небольшая часть его – всего несколько миллиметров. Случайность ли это? Или именно здесь источник сока? Думаю, что это не случайность.
Роя колодец, нимфа ищет близости свежего корешка и обнажает небольшую часть его. Этот корешок – тот источник, из которого она пополняет свой запас жидкости. Она вонзает свой хоботок в корешок и пьет из него, словно из бочки, вделанной в стену. А затем взбирается кверху и продолжает свою работу землекопа и штукатура сразу. Конечно, я могу только предполагать все это: разве проследишь работу нимфы в подземном колодце.
А если корешка не окажется и запас жидкости истощится? Что тогда? Проделанный мною опыт отвечает на вопрос.
Я беру нимфу, выходящую из земли. Кладу ее на дно стеклянной трубки и покрываю слоем сухой земли в пятнадцать сантиметров толщиной. Нимфа только что вылезла из своего глубокого колодца, вырытого в более плотной почве. Сможет ли она выбраться наружу через мой тонкий слой земли? Если бы это зависело только от силы, то, конечно, нимфа прорыла бы новый колодец. Но запас жидкости истощен, а корешка в моей стеклянной трубке нет. Я опасаюсь катастрофы. И действительно, три дня нимфа выбивалась из сил, пытаясь прорыть ход в сухой земле. Стенки норки все время осыпаются, вырыть ход не удается. На четвертый день нимфа погибла.
Выбравшись из норки, нимфа ползает и ищет какую-нибудь опору: кустик травы, соломинку злака, ветку кустарника. Найдя подходящее, она всползает туда и прочно усаживается: головой кверху и уцепившись крючьями передних ног. Остальные ножки поддерживают тело, если им есть на что опереться, но нимфе достаточно двух передних: их крючки, раз сомкнувшись, словно клещи, уже не размыкаются.
Проходит несколько минут после того, как нимфа укрепилась на месте. На груди появляется первая трещина: вдоль средней линии среднеспинки. Края этой щели раздвигаются, и в ней показывается нежно-зеленая цикада. Трещина быстро увеличивается, достигает затылка и конца груди. Трескается покров головы – между глазами и впереди глаз, и показываются красные глаза. Из разрывов покровов выпячивается зеленая спина цикады. На среднеспинке это особенно заметно: выпятившаяся часть пульсирует, сюда приливает и отливает кровь.
Кожица нимфы сбрасывается довольно быстро. Вот уже освободились голова и хоботок, понемножку выходят из своих чехлов передние ноги. Последними освобождаются задние ноги. Крылья вздуваются от прилива жидкости, они еще измятые и выглядят какими-то изогнутыми дугой культяпками.
Эта первая часть превращения длится всего около десяти минут. Начинается вторая часть, более продолжительная. Теперь вся цикада свободна, только конец брюшка еще заключен в старый чехол. Сброшенная кожица крепко обхватывает ветку. Быстро высохнув и отвердев, она служит опорой цикаде при сбрасывании остатков покрова нимфы.
Опрокинувшись головой вниз, цикада повисает, удерживаемая лишь концом брюшка, все еще заключенным в чехол. Она бледно-зеленая с желтым оттенком, ее крылья отвисли и растягиваются: все сильнее и сильнее приливает в них жидкость. Наступает время освобождения брюшка. Цикада выпрямляется, изгибается, цепляется передними ногами за сброшенную кожицу и перевертывается головой кверху. Теперь у нее есть новая точка опоры – передние ноги. Цепляясь ими, она вытягивает конец брюшка из старой кожицы.
Все! Всего полчаса заняло это превращение. Цикада полностью освободилась от кожицы нимфы. Но как еще мало она похожа на ту, какой вскоре станет. Ее крылья распущены, они тяжелые и влажные, жилки зеленые. Спинка едва буроватая, а остальное тело – бледно-зеленое, местами даже беловатое. Нужно много солнца, нужна длительная воздушная ванна, чтобы насекомое окрепло и окрасилось.
Цикада прицепилась к сброшенной кожице передними ногами и висит, покачиваясь от ветра. Проходит около двух часов, пока начнется потемнение окраски. Оно протекает очень быстро: уже через полчаса цикада приобретает свой обычный цвет. Нимфа всползла на ветку и укрепилась на ней в девять часов утра, а цикада улетела на моих глазах в половине первого. Сброшенная кожица осталась на ветке. Она держится здесь так крепко, что ее не всегда срывают даже осенние ветры.
Для превращения нимфе нужно прицепиться к ветке. Притом в определенном положении: сначала головой кверху, потом перевернуться головой вниз. Что случится, если я помешаю нимфе принять нужное положение?
Я привязываю к задней ноге нимфы ниточку и подвешиваю нимфу в стеклянной трубке. Она долго бьется, пытаясь перевернуться головой кверху, старается ухватиться крючками передних ног за нитку, на которой она висит. Иным это удается: кое-как перевернувшись, они превращаются в цикаду. Другие терпят неудачу. Иногда превращение начинается, но не может быть доведено до конца, и цикада погибает. Чаще же нимфа умирает еще до того, как появится первый разрыв покровов: погибает без малейшей щели в кожице.
Еще опыт. Я кладу нимфу в стеклянную банку с песком на дне. Она может ползать по песку, но ей не взобраться кверху по стеклянной стенке. Нимфа умирает: никаких превращений. Но бывают исключения: нимфа ухитрялась превратиться в цикаду, оставаясь на песке.
Такие случаи редки в природе. Возле колодца всегда найдется какой-нибудь кустик, и превращение занимает не много времени. Быстрота эта часто нарушала мои планы. Вот мне удалось увидеть нимфу, прицепляющейся к веточке. Я кладу ее вместе с веточкой в бумажный пакет и спешу домой. Всего четверть часа, и я дома. Открываю пакет: в нем сидит зеленая цикада. Проследить превращение нимфы в цикаду, сидя за столом в кабинете, никак не удавалось. Это приходилось делать в природе, тут же, где нашел нимфу.
Нимфа с такой быстротой превращается в цикаду, что невольно задаешь себе вопрос: как могли древние греки есть этих нимф? Аристотель пишет, что нимф ели. Но ведь для еды нужно наловить не один десяток, а превращение нимфы в цикаду происходит с изумительной быстротой. Однажды мы всей семьей отправились за нимфами, чтобы попробовать приготовить из них кушанье. Впятером мы добыли за два часа всего четыре нимфы. Чтобы помешать им превратиться в цикад, мы опустили их в стакан с водой и так принесли домой. Здесь мы поджарили их на прованском масле, попробовали. Их трудно было разжевать, такими жесткими они оказались. А ведь Аристотель да и другие.гие писали, что нимфы – лакомое блюдо. Очевидно, Аристотель повторил народные басни.
А теперь поговорим о пении цикад. Реомюр признается, что никогда его не слыхал. Их звуковой аппарат он изучал на мертвых насекомых. Но аппарат этот он описал так точно и подробно, что к реомюровскому описанию почти ничего не прибавишь.
У меня избыток того, чего недоставало Реомюру: по целым дням мне приходится слушать оглушительное пение цикад. Вблизи моего дома водятся пять видов цикад. Самая крупная из них в Европе – цикада обыкновенная (Lyristes plebeja).
Расскажу о ее звуковом аппарате. На нижней стороне тела самца, сейчас же за задними ногами, находятся две большие полукруглые пластинки, причем правая немного заходит на левую. Это крышки звукового аппарата. Приподняв их, мы увидим два широких углубления: одно – направо, другое – налево, так называемые "капеллы". Впереди они ограничены тонкой и мягкой перепонкой сливочно-желтого цвета, а сзади – сухой кожицей, отливающей радужными цветами, как говорят, "зеркалом".
Звука эти части не производят. Если срезать крышечки, разорвать желтые перепонки, повредить зеркала, то цикада не утратит способности петь, но сила звука уменьшится. Капелла усиливает звук дрожанием перепонок, изменяет его, то сильнее, то слабее приподнимая крышечку.
Настоящий орган пения находится в другом месте, и новичок не сразу разыщет его. На наружной стороне капеллы, на линии соединения брюшной стороны со спинной, находится отверстие, окруженное роговыми стенками и прикрытое опущенной крышечкой. Назовем его "окном". Оно ведет в резонатор, в полость, более глубокую, но менее обширную, чем капелла.
На спинной стороне цикады, тотчас же сзади места прикрепления задних крыльев, заметна небольшая выпуклость. Ее легко различить по матово-черному цвету, хорошо заметному на фоне серебристого пушка. Эта выпуклость – наружная стенка резонатора. Если в ней проделать небольшое отверстие, то обнаружится орган, производящий звук, – "цимбала". Это маленькая сухая перепонка, овальная и выпуклая снаружи. Вдоль ее длинного диаметра проходит пучок из трех-четырех бурых жилок, увеличивающих упругость перепонки: она оказывается как бы в прочной рамке. Представим себе, что если потянуть изнутри эту выпуклую перепонку, то она немного втянется, а потом снова быстро станет выпуклой. Следствием этого будет стрекочущий звук.
Как втягивается цимбала? Разорвем желтую переднюю перепонку капеллы. Обнаружатся два мускульных тяжа, соединенных между собой в виде цифры "V", конец которой упирается в среднюю линию тела цикады на его нижней стороне. Каждый из этих мясистых тяжей заканчивается коротким шнурком, прикрепленным сбоку к цимбале. Вот и весь механизм. Мускульные тяжи сокращаются и растягиваются, и тогда каждый тянет свою цимбалу втягивает и тотчас же отпускает. Так вибрируют обе выпуклые перепонки. Не хотите ли заставить петь мертвую, но еще не высохшую цикаду? Это совсем легко и просто. Схватите пинцетом один из тяжей и осторожно дергайте его. Мертвая цикада словно оживает: при каждом толчке раздается стрекочущий звук. Он очень слаб, но все же музыка отчетливо слышна при этом анатомическом опыте.
Во время пения цикады крышечки – плотно прилаженные пластинки – остаются неподвижными, а брюшко, поднимаясь и опускаясь, само отворяет и затворяет капеллы. Брюшко опускается, и крышечки плотно прикрывают капеллы и окна резонаторов.
Получается ослабленный, глухой звук. Приподнялось брюшко, и капеллы и окна резонаторов открыты: звук приобретает всю свою силу.
Цикада начинает свою песню в семь-восемь часов утра и поет до поздних сумерек. Но в пасмурную погоду, если небо затянуто тучами, если дует холодный ветер, цикада молчит.


Обыкновенная цикада (Lyristes plebeja): 1 – яйца в коре ветки; 2 – личинка первого возраста; 3 – взрослая личинка; 4–6 – взрослая особь сбоку, снизу и сверху

Цикады – самые громкие "певцы" среди насекомых: ни сверчки, ни кузнечики, ни другие стрекочущие формы не могут сравниться с цикадами. Пение цикад во многих странах считается красивым (в Индонезии, во Франции).

Ясеневая цикада вдвое меньше обыкновенной. У нас ее называют "канкан". Такое прозвище передает ее манеру петь. Она докучает своим однообразным пением, состоящим из повторяющихся звуков "кан-кан-кан". К счастью, ясеневая цикада начинает петь позже и не так долго поет по вечерам.
Звуковой аппарат ясеневой цикады в общем похож на аппарат цикады обыкновенной, но у него есть свои особенности. Здесь нет резонатора и ведущего в него окна, цимбалы ничем не прикрыты: сейчас же позади места прикрепления задних крыльев видна сухая белая чешуйка с пучком из пяти красноватых жилок. Капеллы очень малы и почти не усиливают звука, да и вообще, часть аппарата, усиливающая звук, находится в зачаточном состоянии. Почему же ясеневая цикада кричит оглушительно громко? Ведь стрекотание ее цимбал едва звучит.
Эту цикаду можно назвать чревовещателем. Ее брюшко впереди на две трети прозрачно. Большая часть его – обширное помещение с кожистыми стенками, только на спинной стороне покрытыми тонким слоем мышц. На дне этой обширной полости видны тяжи, двигающие цимбалы. Полость брюшка – резонатор. Если закрыть отверстие отрезанного брюшка, то звук получается совсем слабый. Если же к нему приладить большой бумажный рупор, то раздастся не пение цикады, а что-то вроде рева быка. Когда я проделал этот опыт, то мои ребятишки с перепугу кинулись врассыпную.
Хорошо еще, что ясеневая цикада не прогрессирует в развитии своего звукового аппарата. Ведь если бы она, совершенствуясь из поколения в поколение, приобрела в конце концов могучий резонатор, то людям пришлось бы покинуть места, заселенные "канканами".
Для чего поет цикада? К чему столько шума? Мои соседи-крестьяне говорят, что во время жатвы цикада поет "коси, коси косой". Это неплохое объяснение, но науке хочется большего. Может быть, самец привлекает своей песней самку? Очень сомневаюсь в этом. Нет никакой возможности выяснить, как действует на самку стрекотание самца. Все, что я могу сказать,– это то, что самки сидят неподвижно и выглядят совершенно равнодушными.
У меня есть и еще одно сомнение. Способна ли самка услышать песню самца? Есть ли вообще у цикад то, что мы называем слухом?
У цикады хорошее зрение. Когда она видит нас вблизи, то умолкает и улетает. А если мы спрячемся за ветвями, чтобы она нас не увидела? Теперь можно говорить, кричать, петь, свистеть, шуметь на все лады. Цикада поет как ни в чем не бывало.
Я проделал много опытов над цикадой. Приведу лишь один, самый занятный.
В городе я добыл взаймы городскую артиллерию, те ящики-пушки, из которых у нас палят в торжественные дни. Пушкарю нравится приходить ко мне и палить ради цикад. Принесены два ящика, и оба они заряжены, как для самого торжественного праздника. Никогда для встречи начальства, объезжающего свой округ, не тратили столько пороха. Обе машины поставлены под платанами. Цикады, поющие наверху среди ветвей, не могут видеть происходящего внизу. Нас шестеро. Мы выжидаем мгновения сравнительной тишины и подсчитываем число певцов, отмечая ритм их песни. Пушка-ящик палит: раздается настоящий гром. Цикады поют, не умолкая. Пушка палит снова – пение не утихает.
Глуха ли цикада? Я не решусь утверждать это, но не могу и доказать противного. Во всяком случае, я должен признать, что цикада очень туга на ухо. К ней вполне приложима поговорка: "Кричит, как глухой".
Обыкновенная цикада откладывает яйца на маленькие сухие веточки. Я нахожу ее яички в веточках шелковицы, персика, вишни, ивы, японской бирючины и другие.гих деревьев. Но это редкие случаи. Она предпочитает тоненькие стебли, начиная от толщины соломинки и заканчивая толщиной карандаша, с тонким деревянистым слоем и обильной мякотью внутри. Вид растения безразличен, и если бы я вздумал перечислять все растения, на которые эта цикада откладывает свои яйца, то мне пришлось бы дать перечень всех полудеревянистых растений моей местности.
Веточка с яйцами никогда не лежит на земле, она всегда более или менее вертикальна. Как общее правило, цикада откладывает яйца на мертвое, совершенно высохшее растение. Она делает ряд надрезов на веточке или стебельке. Это словно царапины, нанесенные булавкой, но по-особенному: булавку воткнули наискосок, сверху вниз, разорвали при этом деревянистые волокна, и они торчат теперь наружу. Кто увидит эти разрезы впервые, может принять их за какие-нибудь паразитные грибки.
Число надрезов на стебле различно. Их бывает мало, если потревоженная самка прервала кладку и отправилась заканчивать ее в другом месте. Их бывает тридцать – сорок, если все яйца были отложены в одну ветку. Каждый из надрезов – вход в косой прорез, обычно уже лежащий в мягкой части стебля или ветки. Он ничем не прикрыт, кроме деревянистых волокон. В прорезе находится несколько яиц, в среднем – до десятка. Всего цикада делает тридцать – сорок прорезов, то есть откладывает триста – четыреста яиц.
Начиная с 15 июля я нахожу сколько угодно цикад, усевшихся на златоцветник и откладывающих яйца. Они так погружены в свою работу, что я рассматриваю их совсем близко, даже в лупу. Яйцеклад длиной около сантиметра весь косо уходит в стебель. Он столь совершенен, что сверление не требует, по-видимому, больших усилий. Я вижу лишь, что цикада немного вздрагивает, выпрямляет и сокращает конец брюшка, и это – все. Два напилка действуют поочередно, и сверло мягко, почти незаметно погружается в древесину. От начала погружения яйцеклада до заполнения прореза яйцами проходит около десяти минут. Затем цикада осторожно вытягивает яйцеклад из стебля. Проделанная в древесине дырочка смыкается сама, деревянистые волокна сближаются.
Теперь цикада переползает немного выше и начинает делать прорез для новой порции яиц. По мере того как проходят часы, цикада передвигается по стеблю не только вверх, но и в сторону. Она держится во время откладывания яиц так, что солнце все время светит ей прямо в спину. По мере того как изменяется направление солнечных лучей, передвигается и цикада.
Яйцо цикады обыкновенной белое и блестящее, около двух с половиной миллиметров длиной, с полмиллиметра шириной. В сентябре его цвет изменяется: оно желтеет. В первых числах октября на яичке можно разглядеть впереди две темные точки – это просвечивают глаза уже сформировавшейся личинки. Около того же времени я нахожу признаки уже совершившегося вылупления личинок. Эти признаки: обрывки оболочки, оставленные у входа в прорез с яйцами. Я вижу их на златоцветнике, и у себя на огороде, и на соседних холмах.
Однако, несмотря на частые осмотры, мне не удается застать личинок во время их вылупления из яйца. Не менее плачевны были мои попытки добиться этого дома. Два лета я набирал сотни веточек и стебельков с яичками цикады, но выхода личинок так и не увидел. Реомюр в свое время испытал такое же разочарование. Он рассказывает, как неудачны были его попытки вывести цикад из яиц, присланных ему друзьями. Он даже носил их в стеклянной трубочке под мышкой, чтобы яйцам было теплее. Не помог и этот прием.
Когда после холодной ночи наступало солнечное утро, я находил следы вылуплений, но всегда запаздывал: личинок уже не было. Самое большее, что мне удавалось увидеть, – это какую-нибудь личинку, бьющуюся на паутинной нити на стебле. Я считал ее тогда просто запутавшейся в паутине.
Наконец 27 октября, отчаявшись в успехе, я набрал на своем огороде пучок сухих стеблей златоцветника и принес их в кабинет. Утро было холодное, в первый раз за эту осень затопили камин. Я положил стебли на стул перед камином и принялся расщеплять и рассматривать их. И что же? В тот момент, когда я направляю лупу на расколотый стебель, перед моими глазами совершается то, что я отчаялся когда-либо увидеть. Молодые личинки дюжинами выползают наружу. Яйца были до того зрелы, что яркое пламя камина подействовало на них, как солнечный луч. Это был редкостный сюрприз.
Теперь, воспользовавшись удачей, я могу описать, как это происходит. В отверстии прореза, между разорванными волокнами древесины, показывается маленькое тельце с двумя большими черными глазами. Именно так выглядит передняя часть яичка. Можно подумать, что яичко переместилось из глубины прореза к выходу. Яичко ходит, передвигается по узкому каналу? Невозможно! Что-то вводит меня в заблуждение. Я расщепляю стебель, и загадка разъясняется. Яички остались на своих местах, но они пусты. Странное существо вышло из яйца, оставив в прорезе только тонкую пленку – прозрачную оболочку яйца.
Это существо напоминает маленькую рыбку своей внешностью, формой головы, большими черными глазами. У него есть нечто вроде плавника на брюшке, и это еще больше увеличивает сходство с рыбкой. Плавник – передние ножки, помещенные в общем чехле и направленные назад. То приближаясь к телу, то отодвигаясь от него, этот рычаг-плавник служит личинке точкой опоры. Отталкиваясь при его помощи, личинка кое-как добирается до выхода из прореза. Остальные ноги неподвижны и все вместе заключены в общую оболочку.
Как назвать это существо, зародыш цикады? Я не стану придумывать для него мудреное название: такие имена только засоряют науку. Пусть это будет просто первичная личинка. Такое же название я дал и первой личинке майки.
Форма тела первой личинки цикады очень удобна для выхода из узкого прореза наружу. В прорезе найдется место только для одного выходящего. Яички расположены в ряд и отчасти налегают друг на друга. Личинка должна пробраться наружу в этой тесноте. Длинные усики и ноги были бы большой помехой при таком протискивании сквозь узкую щелку. Но стоит личинке добраться до выхода, как тут же, на пороге, ее выходное платье разрывается. Она сбрасывает с себя тонкую кожицу, повисающую сзади нее, словно паутинка. Конец брюшка остается связанным с ней, и личинка, прежде чем спуститься на землю, висит на этой паутинке и греется на солнце.
Рано или поздно, а личинка цикады падает на землю. Когда весь выводок выбрался наружу, то из отверстия прореза торчит пучок тонких и коротких, измятых нитей. Их унесет первый же ветерок.

Личинка крохотная, сначала белая, потом янтарно-желтая. У нее длинные усики и ноги, а на передних лапках – крепкие коготки. Я не знаю более странного зрелища, чем такая крошка, повисшая на нити и готовящаяся войти в жизнь. Висят личинки разное время: некоторые всего полчаса, а некоторые и до завтрашнего дня.
От моих глаз ускользнули первые дни подземной жизни личинки. Я долго и безуспешно старался проследить это, поселяя молоденьких личинок в садках. Все они погибали, не пережив и первой зимы и не тронув окружавших их корешков. Впрочем, и жизнь взрослых личинок известна не лучше. Во время полевых работ они часто попадают под лопату землекопа. Но ведь это совсем не то, что застать личинку сосущей из корней соки, подсмотреть ее поведение именно в это время.
Лопата землекопа не познакомит нас с образом жизни личинки и с ее повадками. Сведения о продолжительности жизни личинки при помощи лопаты получить можно. Несколько крестьян, занятых в марте глубокой перекопкой земли, собрали для меня всех замеченных ими личинок, больших и маленьких: несколько сотен. Различия в их размерах были такими резкими, что я смог разделить личинок на три группы: маленькие, средние и нимфы. Каждая группа – различные возрасты. Прибавим сюда личинок последнего вылупления, появившихся осенью, полгода назад: этих крошек мои помощники не заметили. Получаются четыре группы. Четыре года – вот вероятная продолжительность жизни личинки нашей цикады.
Выяснить продолжительность жизни взрослой цикады легче. Я слышу первые песни цикад около времени летнего солнцестояния. Через месяц их пение достигает полной силы. Запоздавшие поют еще и в октябре. Осенние певцы, конечно, моложе летних: выход нимф из земли происходит не одновременно. Взяв среднее, получим тридцать – тридцать пять дней.
Несколько лет, проведенных в почве, во мраке и в тесноте, и всего один месяц жизни на солнце. Не станем же сердиться на цикаду за ее громкое и надоедливое пение. Ведь четыре года она носила жалкий кожаный кафтан, четыре года рыла землю крючьями своих ног. И вот вчерашний грязный землекоп одет в изящное платье, украшен крыльями, купается в солнечных лучах. Их так немного – дней этой радостной жизни. И никогда цимбалы цикады не будут достаточно звучны, чтобы прославить голубое небо и яркие солнечные лучи. Пой громче, цикада!

Цикадовые (Cicadinea) – подоотряд насекомых отряда равнокрылых. Длина тела – 3–65 мм. Крылья в размахе до 18 мм. Усики короткие.
Известно около 17 тыс. видов. Подотряд включает семейства (по некоторым классификациям – надсемейства): певчие цикады, пенницы, горбатки, цикадки.
Певчие цикады характеризуются тем, что у них на голове между крупными выпуклыми фасеточными глазами расположены треугольником 3 простых глазка. Обе пары крыльев одинаковой прочности, прозрачные, причем обращает на себя внимание мощность пронизывающих крылья жилок. На расширенных голенях передних ног у цикад имеются характерные шипы.

Цикады откладывают яйца под кору тонких веточек или в черешки листьев, как это делает горная цикада на ясене. Самка при этом надрезает кору пильчатым яйцекладом, в результате чего кончики ветвей или листья засыхают. Личинки по выходе из яиц падают на землю и зарываются в почву, где и протекает их дальнейшее развитие. Нередко они зарываются глубоко в землю, на глубину более 1 м. В земле они питаются корнями различных деревьев. У личинок цикад в общем облике мало сходства со взрослыми. Тело личинки, как и почти всегда у развивающихся безвыходно в почве насекомых, беловатое, а передние ногимощные, копательные.

Личинки делают вокруг себя колыбельку с уплотненными стенками. Перед окончанием развития они поднимаются к поверхности
, оставаясь в норке до момента, предшествующего превращению во взрослое насекомое. В сухих и защищенных от дождей местах взрослые личинки просто сидят у входа в норку, а на открытых местах, где норку может залить дождем, делают над норкой земляную трубочку с отведенной коленом вершиной, чтобы не заливала вода, как делали трубы для самоваров.

Не ясно, насколько вредят деревьям личинки цикад. Во многих лесах из ясеня и липы в почве приходилось встречать по нескольку сотен личинок цикад, но угнетения деревьев не наблюдалось. А вот откладка яиц в побеги и черешки листьев приводит иногда к потере значительной части листовой поверхности. В Бразилии несколько видов цикад известны как опасные вредители кофейного дерева.

Самая крупная цикада – царственная (Pomponia imperatoria). Она достигает в длину 65 мм.

Всего известно около 1500 видов цикад, достигающих больших размеров. Например, распространенная в Индонезии царственная цикада (Pomponia imperatoria) имеет длину тела 6, 5 см, а в размахе крыльев – 18 Смотри Живущая в наших южных лесах дубовая цикада (Tibicen haematodes) имеет длину (считая надкрылья) 4, 5 Смотри обыкновенная цикада (Lyristes plebeja), тоже южная, – 5 см (около 9–10 см в размахе крыльев). А дальше всех заходящая у нас на север горная цикада (Cicadetta montana) – только 2 см в длину.

Цикады (Cicadidae) могут называться "певчими" насекомыми, так как самцы их в состоянии производить довольно громкое пение, которое некоторые находят очень приятным. В действительности звуки, которые производят цикады, получаются следующим образом: на задней части груди прикреплены две большие чешуи, которые прикрывают всю нижнюю часть брюшка; под каждой чешуей находится круглое отверстие, затянутое тонкой кожистой перепонкой, а снаружи на этом отверстии помещается роговая рама, на которой натянута продольными складками более плотная кожица. У основания чешуек, под задними голенями, находятся продолговатые щели дыхалец, окаймленные ресничками. Звуковые перепонки прикреплены к твердому краю дыхальцевой щели, и края перепонки при выдыхании воздуха приходят в колебание.

Цикады очень пугливы и малоподвижны, в особенности в пасмурную погоду, но в жаркое время и в ясную погоду оживляются. Своим острым хоботком насекомые эти прокалывают кору молодых побегов и высасывают сок. В такие же ранки на дереве самки откладывают свои яички.

Жизнь цикад продолжается долго. Наша горная цикада (Cicadetta montana) (название неудачно, так как ее много в равнинных лесах на юге России и в Украине) развивается 2 года, обыкновенная цикада – 4 года, а в Северной Америке периодическая цикада (Cicada septemdecim) – целых 17 лет!

Жизнь насекомых. — Спб., Вятское т-во. . 1911.

Смотреть что такое "ЦИКАДЫ" в других словарях:

  • Цикады — Цикады: 1 обыкновенная цикада; 2 красно пятнистая цикадка; 3 зелёная цикадка. ЦИКАДЫ, прыгающие насекомые (отряд равнокрылые). Длина 3 65 мм. Около 17 тыс. видов, распространены широко. Крупные цикады чаще встречаются на деревьях и кустарниках,… …   Иллюстрированный энциклопедический словарь

  • ЦИКАДЫ — Крупные насеком. из отр. полужесткокрыл., водятся по преимуществу в жарк. странах, отличаются яркими, блестящими красками, издают громкие звуки. Словарь иностранных слов, вошедших в состав русского языка. Чудинов А.Н., 1910. ЦИКАДЫ насекомые… …   Словарь иностранных слов русского языка

  • Цикады — (Cicadidae s. Stridulantia) Семейство насекомых из отрядахоботных (Rhynchota), принадлежащее к подотряду Homoptera. Семейство Ц.характеризуется следующими признаками. голова короткая, глаза сильновыдающиеся; на темени 3 простых глазка, образующие …   Энциклопедия Брокгауза и Ефрона

  • ЦИКАДЫ — англ.cicadas нем.Zikaden; Zirpen франц.cicades см. > …   Фитопатологический словарь-справочник

  • Цикады — У этого термина существуют и другие значения, см. Цикада (значения). ? Цикада …   Википедия

  • Цикады — (Cicadidae s. Stridulantia) семейство насекомых из отряда хоботных (Rhynchota), принадлежащее к подотряду Homoptera. 1. Цикада ясеневая (Cicada orni). 2. Цикада обыкновенная (Cicada plebeja) с личинкой. Семейство Ц. характеризуется следующими… …   Энциклопедический словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Ефрона

  • цикады — (певчие цикады), семейство насекомых отр. равнокрылых. Включает ок. 1500 видов. Распространены в основном в тропиках. Самые крупные (длина тела до 6,5 см, размах крыльев до 18,5 см) представители отряда. На голове хорошо заметны 2 крупных глаза и …   Биологический энциклопедический словарь

  • Цикады —         настоящие (певчие) цикады (Cicadidae), семейство наиболее крупных насекомых подотряда цикадовых. Около 1800 видов, преимущественно в тропиках. В СССР свыше 40 видов, относящихся к 14 родам. Длина тела до 62 мм, крылья в размахе до 185 мм …   Большая советская энциклопедия

  • Цикады — мн. Семейство насекомых подотряда цикадовых с хоботком, самцы которого издают характерное стрекотание. Толковый словарь Ефремовой. Т. Ф. Ефремова. 2000 …   Современный толковый словарь русского языка Ефремовой

  • Цикады (насекомые) — ? Цикада Tibicen linnei Научная классификация Царство: Животные Тип: Членистоногие …   Википедия

Книги

Другие книги по запросу «ЦИКАДЫ» >>


Поделиться ссылкой на выделенное

Прямая ссылка:
Нажмите правой клавишей мыши и выберите «Копировать ссылку»

We are using cookies for the best presentation of our site. Continuing to use this site, you agree with this.